toihara (toihara) wrote,
toihara
toihara

Category:

"оранжевый флешмоб" февраля 1917

Статья "Фантом Февраля 1917 года" Бориса Галенина
дана в сокращении. Полностью - здесь:
http://ruskline.ru/analitika/2017/03/11/fantom_fevralya_1917_goda

С Россией кончено… На последях
Ее мы прогалдели, проболтали,
Пролузгали, пропили, проплевали,
Замызгали на грязных площадях,
Распродали на улицах…
(Максимилиан Волошин «Мир», 1917)





мы позволили реальную катастрофу Февраля 1917 года идентифицировать, как «революцию». Революцию, плавно перетекшую уже в катастрофу Октября 1917 года - трагедию окончательной гибели русской исторической государственности и русской культуры, с почти тотальным уничтожением их носителей.
И вот этот морок, фантом Февральской «революции» до сих пор застилает и искажает всю историю последних десятилетий Российской Империи. Ее невероятный рост и расцвет.

В последнее время, по счастью, есть определенный сдвиг в интерпретации и трактовке таких основополагающих понятий, как «объективные условия для революции», «движущие силы революции», да и в трактовке самого понятии «революция».
Если бы Запад (как государства, так и частный капитал - французский, английский, [северо-американский] и т.д.) и Япония не организовали финансовую подпитку либеральным и левым партиям, если бы не действовала западная агентура в прямом смысле (типа Парвуса) и агентура влияния, то в лучшем случае мы имели бы просто серию крестьянских и городских бунтов.

Андрей Фурсов в одном из своих интервью говорит:
«орг-усилия и финансовая поддержка из-за рубежа превратили революцию из возможной закономерности в необходимость» [ Последняя Большая Охота капиталистической эпохи. - Интервью Андрея Фурсова, директора Центра русских исследований Московского гуманитарного университета, академика InternationalAcademy of Sciences (Международной академии наук, Инсбрук, Австрия). //Свободная пресса. 02.01.12. 11:02.].
И добавляет: «В революционных потрясениях XIX-XXI веков огромную роль, причём по нарастающей, играет финансовая и организационно-информационная поддержка антисистемным силам из-за рубежа.

Вся история капиталистической эпохи - это история постепенного стирания, истончения границы между "внешним" и "внутренним", мировым (с 1980-х - глобальным) и национальным. Мировой рынок с его товарными цепями, финансовый капитал не знают политических границ; более того, стремятся к их преодолению и устранению, в том числе и с помощью поддержки революционных сил в странах-мишенях.

Египет. "Арабская весна"

Революционное движение с последней трети XIX века носит интернациональный, мировой характер.
Революционные (антисистемные) "элиты" - часть некоего международного комплекса. К их деятельности имеют отношение и международный капитал, и спецслужбы и т.д.»[Последняя Большая Охота капиталистической эпохи. - Интервью Андрея Фурсова, директора Центра русских исследований Московского гуманитарного университета, академика InternationalAcademy of Sciences (Международной академии наук, Инсбрук, Австрия). //Свободная пресса. 02.01.12. 11:02].

Один из рычагов развала - создание "антисистем" - "химер"
По Гумилёву в Химере нет и не может быть единой ментальности, на ее место приходит полный хаос царящих в обществе вкусов, взглядов и представлений. Химера, даже если она позиционирует себя как традиционное или сохранившее название такового государство, не может обладать идеологией. Ни государственной, ни, тем более, национальной. В отличие от этноса и суперэтноса Химера, даже если она маскируется под последний, не может в принципе развиваться, а может только существовать некоторое, обычно не очень долгое, время. После чего обязательно наступает аннигиляция Химеры.
Первоначально Химера может существовать подобно раковой опухоли в теле совершенно здорового этноса или даже суперэтноса, порождая гибельные для этого этноса антисистемные умонастроения. В результате чего нормальное цветущее сообщество людей, объединенных в могучее государство, может почти одномоментно перейти в химерическую Анти-Систему.
Раковые опухоли зреют быстро.

Комментируя «наднациональный», а вернее «антинациональный» характер «оранжевых» революций последнего времени, Андрей Фурсов говорит:

«А вот ещё один наднациональный аспект организационного обеспечения "арабской весны". События в Тунисе и Египте развивались в форме флэш-моба и смарт-моба с активным использованием Интернета, блогосферы. А это уже совсем не национальный уровень, а глобальный с центром далеко от арабского мира»[Последняя Большая Охота капиталистической эпохи. - Интервью Андрея Фурсова, директора Центра русских исследований Московского гуманитарного университета, академика InternationalAcademy of Sciences (Международной академии наук, Инсбрук, Австрия). //Свободная пресса. 02.01.12. 11:02].

Думается, что после событий в Киеве февраля 2014 года последнее стало очевидно для всех желающих видеть.




Киев 2014


Петроград 1917

Напомним, что «flashmob» переводится как «вспышка толпы».
«Smartmob», в свою очередь, переводится как «умная толпа». И если флэш-моб - это технология собирания толпы, то смартмоб - это цель и смысл такого собирания.
история управления людскими массами методами манипулирования, аналогичными по сути своей «флэш-» и «смарт-мобам» насчитывают не одну сотню лет, если не тысячелетий.

Оперативности нынешней, понятно, не было. Зато и качество подготовки было на высоте. Не доморощенные блогеры старались в виртуальных мирах - опытные "практики" - на живых моделях отрабатывали ("три поколения, три класса действовали в русской революции" Ленин "Чествуюя Герцена") .

Вообще, говорить про спонтанные «голодные бунты» в стране, где, по словам Большой Советской энциклопедии, к началу 1917 года скопились излишки продовольствия, и излишков этих хватило на всю Гражданскую войну до инспирированного троцкистами-ленинцами в 1921 году голода в Поволжье, могут только представители «академической науки», вооруженные истинно «научными» методами [во время войны Россия оставалась единственной из воюющих стран, в которой к началу 1917 года не ощущалось недостатка продовольствия. Напротив, в стране скопились излишки сельскохозяйственных продуктов в связи с некоторым сокращением хлебного экспорта. - БСЭ. - М, 1949-1957. Т. 50. С. 135, 202. До Первой мировой войны Россия ежегодно вывозила на европейские рынки свыше 600 млн. пудов зерна].

"...и земельного вопроса не может существовать в стране, которая обладает самым редким населением на земном шаре и самой обширной земельной территорией. Совершенно ясно, что тут дело идет вовсе не об переделе земель, а об нормальной колонизации великой русской и великой сибирской низменности, колонизации, которая идет уже в течение тысячелетий, которой исчерпывается вся русская история и которую нельзя разрешить одним росчерком пера и указом о конфискации помещичьих земель. С другой же стороны, дело идет о переведении сельского хозяйства на более высокую и интенсивную степень культуры, что и тоже неразрешимо революционным путем."
Максимилиан Волошин.



Равно, как про расстройство (именуемое ‒ «развалом»!) железнодорожного сообщения в стране, где за годы войны были проложены тысячи километров железнодорожных путей, в том числе в труднейших условиях тундры, болот, вечной мерзлоты и скалистых гор Кольского полуострова. Начатая строительством в марте 1915 года и законченная к 15 ноября 1916 года железная дорога, соединила новый незамерзающий океанский порт России Романов-на-Мурмане (Мурманск) с центром страны. Тогда же была начата укладка второй колеи на Великом Сибирском пути, закончена Амурская дорога до Владивостока по чисто Имперской территории без захода в Маньчжурию.

5 октября 1916 года был открыт для движения мост через Амур у Хабаровска длиной 2,5 км конструкции великого русского инженера-мостостроителя Лавра Дмитриевича Проскурякова. Мост этот поставил точку в четверть вековой истории Транссибирской магистрали, первый рельс в основание которой заложил Цесаревич Николай Александрович. Мост получил имя другого Цесаревича Алексея Николаевича.

И это развал! Скажите уж - саботаж, если действительно перебои были. Но саботаж как раз относится именно к технологиям управления массами. Не сегодня они были отработаны и не вчера.

Также можно разобрать по пунктам любые другие «социально-экономические предпосылки» Февральской «революции», и показать их полную вздорность. Приведем только несколько примеров.

Несмотря на тяготы войны, население России с 1914 по 1917 год возросло более чем на четыре миллиона человек, достигнув к 1917 году 180-миллионной отметки. Со дня восшествия Государя на Престол население России увеличилось в полтора раза.

К слову сказать, чрезмерных тягот население воюющей Российской Империи не испытывало. Годовой доход крестьянства вырос с 1914 года по 1916 год почти вдвое за счет пособий государства семьям мобилизованных и за поставки лошадей и продовольствия по военным нарядам. Совокупные выплаты «царизма» русскому крестьянству ‒ увы! ‒ последние выплаты, вообще полученные нашим крестьянством от государства, ‒ составили более 2,5 миллиарда рублей (почти тысячу миллиардов или триллион USD по сегодняшнему курсу).

К началу 1917 года крестьяне владели примерно 80% сельскохозяйственных земель страны [Бернштам М. Стороны в гражданской войне 1917-1922 гг. - М., 1992. (Перепечатка из: Вестник РХД, №128, Paris, 1979). С. 27-28; Данилов Н.А. Влияние великой мировой войны на экономическое положение России. - Лекции, читанные в Военно-Инженерной академии. - Пг., 1922. С. 43-47.].

«За период Первой мировой войны ... произошло повышение заработной платы фабрично-заводским рабочим, а семьи, призванных на военную службу получили примерно 276,5 миллионов рублей [порядка 300 миллиардов USD наших дней] пособия, что в процентном отношении даже несколько превышает удельный вес рабочего класса в населении страны»[Бернштам М. Стороны в гражданской войне 1917-1922 гг. - М., 1992. (Перепечатка из: Вестник РХД, №128, Paris, 1979). С. 27-28; Данилов Н.А. Влияние великой мировой войны на экономическое положение России. - Лекции, читанные в Военно-Инженерной академии. - Пг., 1922. С. 43-47].

Российская Империя была действительно очень богатой страной.
Заметим, что, несмотря на военные займы, 1 рубль начала 1917 года стоил 60 копеек 1913 года. Для военного времени инфляция минимальная, практически в пределах «нормальной» инфляции доллара за последние 40 лет. Это после Февраля начнется стремительное падение рубля вместе с Россией в пропасть.

Революции в Феврале 1917 года ‒ утверждает Солоневич в своей «Великой фальшивке Февраля» ‒ не было. Был генеральский заговор, без которого ни известный нам заговор Милюкова, ни Гучкова с доморощенными отечественными «олигархами», шансов на успех не имели.

Уже тогда в 1951-1952 годах, «наследники Февраля», - судя по описанию Солоневича это что-то вроде нынешних «союзов правых сил», ‒ болотно-либеральная мразь с тогдашними навальными и немцовыми, - на полученные ими «темные доллары» готовили «если не совсем раздел, то что-то вроде балканизации России» [<i>Солоневич И.Л. "Великая фальшивка Февраля". С. 325.</i>]. Как мы знаем, те «наследники Февраля» свои доллары отработали. Раздел и балканизация России успешно осуществлены. Плоды пожинаем по сей час.

Именно тогдашний генералитет сделал из Петрограда «пороховой погреб», набив его «мобилизованными» в количестве нескольких сот тысяч человек.

Мы знаем, что именно генералитет саботировал выполнение приказов Государя Императора о выводе из столицы неблагонадёжных частей

При такой ситуации и возник, очевидно «цветной», хлебный бунт «чухонских баб с Выборгской стороны».
Солоневич неоднократно подчеркивает, что собственно народ, то есть «петроградский пролетариат, несмотря на всю его "революционную традицию", никакого участия в Февральских днях не принимал [<i>Солоневич И.Л. "Великая фальшивка Февраля". С. 363.</i>]. Просто:
«23 февраля/08 марта 1917 года был "Международный женский день", кое-как использованный большевиками: чухонские бабы вышли на улицы Выборгской стороны и начали разгром булочных»[Солоневич И.Л. "Великая фальшивка Февраля". С. 366.].



В результате против мятежа, вначале настолько вялотекущего, так что 26 февраля штатские участника заговора от керенцев до ленинцев, считали, что всему хана [Так Керенский позже писал: «Вечером 26 февраля (то есть после провала восстания Павловского полка. - И.С.) у меня собралось информационное бюро социалистических партий. Представитель большевиков Юренев категорически заявил, что нет и не будет никакой революции, что движение в войсках сходит на нет, что нужно готовиться к долгому периоду реакции». //Великая фальшивка Февраля. С. 350. ], выступила только многострадальная питерская полиция, которую еще Столыпин хотел модернизировать и перевооружить броневиками. Но Госсовет заблокировал это решение.

Так что Февраль 1917 полиция Петроград встретила с револьверами и игрушечными шашками против вооруженных до зубов многотысячных псевдосолдатских масс. И сделала все, что могла, ‒ честно легла на своем посту.


разгромленное здание полицейской части в Петрограде 1917

Все это время все приказы Императора, ‒ до которого, наконец довели более-менее реальные сведения об обстановке в столице, ‒приказы, которые по мнению всех сколько-нибудь беспристрастных историков, сразу бы нормализовали ситуацию, злостно блокировались генералами-изменниками:
«"Меры противодействия революции - отправка войск в восставший Петроград - были отменены именем Государя, но помимо Его воли".


знали бы эти офицеры, чем это кончится?

Между тем пресловутый Бубликов сам признавал: "Достаточно было одной дисциплинированной дивизии с фронта, чтобы восстание было подавлено".
Может быть, не нужно было даже и дивизии: там, где "восстание" натыкалось на какое-то сопротивление, оно таяло, как дым: на трубочном заводе поручик Гесса застрелил агитатора, и вся толпа разбежалась, бросив и знамена, и лозунги [Ольденбург С.С. Царствование Императора Николая II. - М.: ТЕРРА, 1992. С. 620. ].
Так что, может быть, хватило бы и семисот Георгиевских кавалеров генерала Иванова.
Но не пустили и их.

Но к этому времени сам Государь пребывал фактически в плену.

До сих пор можно только строить предположения, в какой форме было сделано так называемое отречение. Но то, что оно не было оформлено законным образом, это однозначно. А значит нельзя говорить и о легитимности пресловутого Временного правительства.
И конечно даже мнимая легитимность закончилась сентябрем 1917 года, когда Керенский своевольно объявил Россию республикой, нарушив условие так называемойвременной передачи власти этому правительству со стороны Великого Князя Михаила. Передачи, тоже вполне нелегитимной, учитывая, что сам текст подписанного Михаилом документа был личным творчеством известного кадета Набокова.

Тем не менее, условие передачи, напомним, состояло в немедленном созыве Учредительного Собрания. Только оно и должно было установить форму власти в стране, как во всяком случае утверждалось публично. Конституционная монархия как минимум, при этом отнюдь не исключалась. Созыв Учредительного собрания и был по существу единственной декларируемой задачей Временного правительства. И только в этом состояла весьма условная легитимность этой масонской группировки.



Солоневич также утверждает, что, несмотря на то, что петроградские «заводы и склады были переполнены оружием, сработанным для действующей Армии», поживился им только «какой-то нерусский сброд, который уже после отречения Государя Императора заботился главным образом об одном: как бы внести возможно больше хаоса» [Солоневич И.Л. "Великая фальшивка Февраля" С. 363.].



Таким образом, ясно вырисовывается план, некоторые части которого, по-видимому, готовились задолго до Февраля:

«Попробуйте соединить все отдельные точки этого плана в одну линию:
срывается вооружение полиции,
в столице концентрируются сотни тысяч заведомо ненадежных людей,
НЕ выполняется Высочайшее повеление об их уводе,
НЕ выполняется Высочайшее повеление о переброске гвардии,
НЕ выполняется Высочайшее повеление о подавлении бабьего бунта...»[Солоневич И.Л. "Великая фальшивка Февраля". с. 364].

По сути, для давления на Государя, даже не надо было выводить на улицы Петрограда много людей.

И только после публикации фальшивого отречения Государя, а публикация по любому была фальшивкой, так как текст телеграммы в Ставку был замаскирован под Высочайший Манифест, народ разгулялся.

После и сразу случилось столько всего хорошего и разного, начиная с приказа № 1, уничтожившего армию, что подправить последовательность событий в нужном «революционной» хронографии духе было нечего делать.

Революция началась после политического убийства, названного «отречением», и пошла далее, совершено не в той форме и не по тому пути, на которую рассчитывали «цареубийцы». Но раз начавшись развивалась она далее по схеме приблизительно Французской революции, и естественным образом привела к Октябрю.

Был дворцовый заговор. Заговор был организован:
а) земельной знатью, при участии или согласии некоторых членов династии - тут главную роль сыграл Родзянко;
б) денежной знатью - А. Гучков и
в) военной знатью - ген. М. Алексеев.

У каждой из этих групп были совершенно определенные интересы.

Эти интересы противоречили друг другу, противоречили интересам страны и противоречили интересам армии и победы - но никто не организует государственного переворота под влиянием плохого пищеварения.

Самую основную роль в этом перевороте сыграл А. Гучков. Его техническим исполнителем был ген. М. Алексеев, а М. Родзянко играл роль, так сказать, слона на побегушках.

Левые во всем этом были абсолютно ни при чем. [Хотя очень старались!]

И только после отречения [точнее после опубликования мнимого Манифеста] Государя Императора они кое-как, постепенно пришли в действие: Милюков, Керенский, Совдепы и, наконец, Ленин - по тем же приблизительно законам, по каким развивается всякая настоящая революция. Но это пришло позже - в апреле-мае 1917 года»[Солоневич И.Л. "Великая фальшивка Февраля". с. 327-328.].

Н.А. Павлов:
Лишь одна казачья сотня была послана 25-го, 26-го и 27-го разогнать толпу в 500 человек на углу Литейного и Сергиевской, но идя по Невскому, не доходя до Литейного ‒ сотня оба раза карьером поворачивает по Троицкому назад, через Забалканский на Гороховую.

Ни один из министров и генералов на улицы не выезжал.

На второй день выхода солдат из казарм войска генералов Хабалова и Балка, не сделав ни одной попытки очистить Невский от толпы (23-го, 24-го и 27-го февраля), ‒ мирно расходятся куда хотят. Весь генералитет сидит в градоначальстве, повязывается бантами и расходится, куда попало.

Первый вопрос: кто делал революцию?
Второй: кто сделал революцию?

Делала революцию вся второсортная русская интеллигенция последних ста лет.
Именно второсортная.



Ни Ф. Достоевский, ни Д. Менделеев, ни И. Павлов, никто из русских людей первого сорта - при всем их критическом отношении к отдельным частям русской жизни - революции не хотели и революции не делали.

Революцию делали писатели второго сорта - вроде Горького, историки третьего сорта - вроде Милюкова, адвокаты четвертого сорта - вроде А. Керенского.

Делала революцию почти безымянная масса русской гуманитарной профессуры, которая с сотен университетских и прочих кафедр вдалбливала русскому сознанию мысль о том, что с научной точки зрения революция неизбежна, революция желательна, революция спасительна.



Подпольная деятельность революционных партий опиралась на этот массив почти безымянных профессоров. Странно, что на Красной Площади, рядом с мавзолеем Ильича не стоит памятник "неизвестному профессору".



«Без поддержки придворных кругов она не имела бы никаких шансов.

М. Палеолог ... подытоживает:
"В 1917 году русские социалисты испытали такую же неожиданность, как французские республиканцы в 1848 году.

На докладе в Париже 12 марта 1920 года А. Керенский сказал, что его политические друзья собрались у него 10 марта (26 февраля) 1917 года и единогласно решили, что революция в России невозможна.
Через два дня после этого царизм был свергнут".

Об этом же собрании сообщает и С. Ольденбург ..., - хотя и в несколько иной редакции:
"Собравшиеся на квартире Керенского представители крайних левых групп приходили к заключению, что «правительство победило».

...Но в тот же день, - в день «победы правительства», 26-го - около четырех часов дня, произошло весьма серьезное событие:
4-я рота запасного батальона Павловского полка (в ней было 1 500 человек), столпившись на улице около своих казарм, неожиданно открыла беспорядочный огонь по войскам, разгонявшим толпу. (М. Палеолог подчеркивает, что агитация верхов шла именно в Павловском полку. - И.С.).

Были спешно вызваны несколько рот соседних полков...
Прибыл командир полка, а также полковой священник, чтобы урезонить солдат.

Те, отчасти под влиянием увещания, отчасти потому, что были окружены, ушли обратно в казармы и сдали оружие. 19 зачинщиков были арестованы и отведены в Петропавловскую крепость..."[ Ольденбург С.С. Царствование Императора Николая II. С. 622.].

До этого - 25 февраля - Государь Император телеграфировал ген. Хабалову:

"Повелеваю завтра же прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжелое время войны".

На эту телеграмму, утром 26 февраля Хабалов отвечал, что "в столице наблюдается успокоение".
"На другой день после отречения Государя М. Палеолог спросил Горького и Чхеидзе:
"Значит, эта революция была внезапной (sponiante)?
- Да, совершенно внезапной".

Эту внезапность сам А. Керенский в своей книге передает так:
"Вечером 26 февраля (то есть после провала восстания Павловского полка. - И.С.) у меня собралось информационное бюро социалистических партий.

Представитель большевиков Юренев категорически заявил, что нет и не будет никакой революции, что движение в войсках сходит на нет, что нужно готовиться к долгому периоду реакции"»[ Ольденбург С.С. Царствование Императора Николая II. С. 349-350.].

Как видим, все силы, известные нам, даже из участвующих в заговоре, к вечеру 26 февраля признали, что финита ла комедиа.

И тут вдруг, как пишут источники, «в 7 час. утра [27 февраля] восстал запасной батальон Волынского полка. Унтер-офицер Кирпичников (сын профессора, студент, призванный в армию в 1915 г.) ночью собрал солдат и убедил их восстать протии "самодержавия"; когда на утро в казармы прибыл начальник учебной команды капитан [И.С.] Лашкевич, то солдаты отказались повиноваться, убили его и высыпали толпой на улицу»[ Ольденбург С.С. Царствование Императора Николая II. С. 623.].


Первый из убийц русских офицеров Кирпичников Тимофей Иванович (март 1917)

И, все пошло-поехало. На другой день в Кронштадте, подхватившие эстафету волынцев матросы убили адмирала Вирена.
Потом сам Корнилов орден Св. Георгия 4 ст. за № 423 492 этому "студенту" вручал, впервые в русской истории замарав святую награду, и навсегда свои эполеты.
Между прочим, «временные органы» даже в офицеры Кирпичникова произвели - в прапорщики. Поэтому, может и с большевиками что-то не поделил, на Дон сбежал. Но там конкретно не повезло, - нарвался на генерала Кутепова, верного офицера, пытавшегося еще 27 Февраля в Петрограде взять к ногтю кирпичниковых с присными. И георгиевский кавалер за № 423 492 был немедленно выведен в расход у ближайшей канавы.

Но было поздно, однако...

Tags: история, революция
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments